Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

Categories:

Мёртвая Смерть: плагиат

Сегодня, как и вчера, спалось мне скверно, помню только юридическую дискуссию с каким-то древнеримским правоведом.

Вопрос касался плагиата. Римский правовед настаивал на том, что плагиат, то есть присвоение авторства литературного произведения или его части, есть nefas, относящийся не только к делам гражданским, но и затрагивающий божественное (sacer) и является нарушением ясно выраженной воли божества. Обосновывал он это тем, что для создания литературного произведения необходимо inspiratio, исходящее от богов к данному конкретному автору, которого боги решают таким образом одарить, так что плагиат – это нарушение божественной воли. Я на это возражал в том смысле, что сам факт наличия inspiratio ещё должен быть установлен, потому что, например, для составления амбарной книги или версификации на случай оно не нужно – так что речь может идти лишь о присвоении плодов чужого труда.

В ходе разговора я догадался, что правовед сам пописывает на досуге стишки – и проснулся.

) норму римского права по таким случаям я на самом деле не помню, и даже не уверен, что она была (
А про компиляцию что-нибудь Вам поведал римский правовед? ))
Увы, до этого интересного вопроса мы не дошли.
в таком случае и приписывание своего произведения другому, как правило очень авторитетному, автору (что крайне широко практиковалось в древности) также является нарушением воли богов
Это тоже часть inspiratio.
широко; тогда и присвоение себе часть inspiratio (кража как искусство)
Тут есть еще одно решение. Может, наверно быть inspiratio, исходящее от богов, на использование материалов другого автора.
Т.е. боги могли подсказать автору матриалы для переработки - чужие материалы.
Что тогда делать?
Сие не от бога, но от диавола есть, ибо сказано "бойтесь лжепророков".
Копирование чужой амбарной книги - это не плагиат, а подделка документов.
А копирование чьего-то произведения и при этом сомнение в его, чьём-то, вдохновении, - это, во-первых, себя не уважать (смысл тырить невдохновлённое?), а во-вторых, глубоко не уважать ни автора, ни богов-вдохновителей. И за это Громовержец с удовольствием надаёт молнией по заднице.
Аргумент хороший, только уверен ли ты в терминах?
Как приснилось, так и пишу. "Не проверять же, чтоб за умного сойти".
В Риме было много богов и всяких духовных существ. Потому римские юристы немедленно принялись бы рассматривать вопрос: кто в данном конкретном случае есть источник воодушевления: бог (и какой), гений, пенат или лар, а то и лявр или сатир, либо кто же ещё? Впрочем, они, следуя грекам, полагали единственный источник испирации: какую-либо из девяти муз.
Положим, римские юристы согласились, что инспирировал произведение бог Феб (Аполлон). Что должен теперь сделать раскрытый плагиатор? Принести две очистительные жертвы: Фебу и, скажем, Справедливости (как проявлению Юпитера). А автору — ничего.
А если источник вдохновения — не бог? Это часто видно из произведения, которое явно не гениально. То как тогда? Ведь тут мы имеем дело не с волей бога, а с волей, скажем, пената. Пенаты же — личное дело автора.
В античном мире не было имущественных прав на невещественную собственность. Можно украсть статую, созданную художником. Но может ли античный человек украсть стихотворение, создавая книгу? Он сам создаёт вещь, он пишет чернилом на хартии. Да в Риме этого вопроса и не было, как не было моды на новое. Наоборот, часть авторов пыталась писать от имени древних, проверенных — чтоб присвоить общественное положение покойного для пропаганды своих мыслей. Великие же богатели не продажей мыслей, например, Гораций не зарабатывал стихами, но получал дары Мецената.
Не было тогда людей одной книги, стремящихся защитить своё право на неё. Книги были дороги, а не дёшевы. Ситуация была противоположная нынешней: люди смотрели имя автора и только славных мастерством, как скажем Лукиана, покупали. Притом существовали переписные мастерские, где изготавливались книги. Весь доход от них имел хозяин мастерской. Вот кто истинный плагиатор. В Риме такой издатель ходил к наследникам поэтов и писателей, пользовавшихся вниманием и покупал у них неизданные, неизвестные до того рукописи и листы стихов. Украсть стих поэта возможно было в те времена только украв лист, на котором поэт записал стих — а это простая кража вещи.
Да я в курсе. Но приснилось - вот такое.
Вот нордические народы, решили проблему боговдохновлённости куда однозначнее:
Кто хорошо, зачОтно, по интернетовски говоря, отписал- тот и боговдохновлённый, сам Один поил поэтическим мёдом практически изо рта в рот...
А кто отписал пошло, негодно- тому досталось из другого конца... пищеварительного тракта, а не так как все подумали.
Да... чужого божественного труда...
Вся информация, которую человек получает за всю свою жизнь, заваливается в его память и оседает в ней. Поскольку область сознания - скорее "оперативная память", а подсознания - скажем так, "архивная", то тут происходит вот что: обыкновенная комбинация кусков воспоминаний из "архивной" памяти, обработанная в "оперативной" памяти заново, может вполне себе создать "шедевр искусства".

"Архивная" информация обезличенная - то есть, человек может не узнать то, что когда-то было в сознании и имело чёткую идентификацию, но с течение времени "провалилось" в подсознание. А уже там все идентификаторы сбрасываются, информация "очищается" от какой бы то ни было принадлежности. "Архивная" информация чиста, подобно тому, как чисты "отстиранные" "грязные деньги", полученные за преступные дела. И получается очень интересная вещь - человек может мучиться актом творчества и "родить" прекрасное произведение на полном серьёзе. А оно окажется банальным плагиатом.

Вот что самое главное и интересное в творчестве. Очень наглядно это описано в «Золотом телёнке» Ильфа и Петрова (поиск на странице "помню чудное мгновенье"):
=...
Остап продолжал болтать:
- Вчера на улице ко мне подошла старуха и предложила купить вечную иглу для примуса. Вы знаете, Адам, я не купил. Мне не нужна вечная игла, я не хочу жить вечно. Я хочу умереть. У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: "Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты". Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?
...=

А вот уже всё остальное - судебные тяжбы и склочные обвинения - плагиат-не плагиат - уже не так интересны.
Всегда хотел узнать, как будет на латыни амбарная книга.
Ещё помните?
"...но и затрагивающий божественное (sacer) и является нарушением ясно выраженной воли божества"

Тогда похищение не произведения, а дарованного богами вдохновения на это дело.
Возможно помование бровями в сторону, стоящих смущённой кучкой рапсодов. Они всякий раз разжигают в себе вдохновение, однажды дарованное Автору.
Во все времена самым цитируемым произведением была Библия. Не забудем еще постмодернистскую литературу, нашпигованную аллюзиями, цитатами. На это тоже будем распространять богоугодное авторское право?