Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

атмосферное

В его комнате мне нравилось решительно всё, даже то, что она была маленькая. Собственно, там умещался всего один стул. Правда, из кухни можно было принести табуретку, но это было уже какое-то попранье заветов священных: табуретка была из другого мира. Так что кому-то приходилось стоять - или уж ложиться на кровать. Благо, что хозяин комнаты делал это достаточно часто, и можно было, заняв стул, предаться приятнейшему занятию - неторопливой болтовне, краем крыла задевающей "важное", насколько оно может быть важным в молодости (может, может, может).

Да, так я об обстановке. Трудно сказать, что в ней было "такого", но само это "такое" имело место быть - невесомо, негрубо, незримо, но вполне ощутимо. Вещи были разбросаны и раскиданы, да - но они были разбросаны красиво.

Однажды я углядел под стулом гривенник, и потянулся было поднять и положить на какое-нибудь "подобающее место": Саша, возлежа на кровати, краем глаза ухватил моё движение, и тут же я услышал слегка грассирующее "н-нет, не надо, пусть там лежит". Я тут же оставил своё намерение, даже с некоторой опаской - монетка, оказывается, входила в общую гармонию, вместе с красиво смятым покрывалом (да, бывает такое - красиво смятое), скрипичным футляром на стопке тетрадей, и тёмно-зелёным томом Мандельштама, заложенного серебристой бумажкой - здесь память с подозрительной поспешностью уступает место воображению, но перед уходом забывает закрыть потрёпанный томик "Житейских воззрений кота Мурра", где капельмейстер Крейслер беседует с гитарой и бранит темперированный строй.

При этом никаких натужных потугов на "артистизм" и "икэбану" не было. Думаю, это "естественное свойство", ценное именно своей естественностью, отсутствием каких-либо усилий.

Если у него "это осталось", то женщины с хорошим вкусом прямо-таки обязаны покорно опускать ресницы и говорить ему "может быть" - хотя бы затем, чтобы посмотреть, как будет наутро смята простыня.

) да, забыл добавить - это про nasha_sasha (
Тельников - грандиозный человек, но я все равно не понимаю - как фразу "н-нет, не надо, пусть там лежит" можно произнести, "слегка грассируя"?

Anonymous

June 15 2002, 00:39:39 UTC 17 years ago

Полагаю, сильный насморок.
Можно: там "ещё слова были", я просто забыл хвост фразы.
Разумеется. Например: "Не трожь трудовой гривенник, морда нерусская"!

Глубокоуважаемый Константин,
а в каком году описываемое происходит?"под стулом гривенник" это десятькопеек или рублей,
монета каким достоинством то есть? Уточните, плз, не для знакомства. Для понимания. Или в России, что, десятирублевые монеты - гривенники?
Это было советское время. Соответственно, речь шла о копейках.
Тогда отчего Мандельштам - зеленый,
когда "синий с предисловьем Дымшица томик..." (Гандлевский)?
Или были зеленые? Партия зеленых.
Но вроде - только синий. Долгое время. Это сейчас есть зеленый в том издании, которое и могло только принадлежать такой засмечательной комнате
Пока ж ещедесятикопеечный
кружок был монетой - появились голубой грузинский, эстирааматовский с портретом, коричневый узбекский, магаданский разноцветный. И все. Вроде.
Или это "лягушка", как называл
первоиздание автор? но тож не том совсем?
Или самопал какой? - о самопалах мандельштамоских Лейбов хорошо писал в Сссылке когдато, кстати он и знает были ли зеленые.
Это, как мне кажется, важные детали сала мандры (Хлебников о времени).
Охотно разъясню: это был четырёхтомник заграничного издания (кажется, "Издательство имени Чехова"), с предисловием Никиты Струве, если не ошибаюсь. nasha_sasha этими книгами очень дорожил, и давал их читать только "особо избранным", точнее - "особо избранной" (эту романтическую историю он, надеюсь, расскажет сам).

Может пусть герой и книжку опознает?

...и тёмно-зелёным ТОМом Мандельштама, заложенного серебристой бумажкой - здесь память с подозрительной поспешностью уступает место воображению, но перед уходом забывает закрыть потрёпанный томик ..

Ваше воображение, Константин, это я.
У меня только первых трех
фотокопия (1-3, Ньюйорк, Междлитсотружество 1964-69,
4-Париж, Имка, 81). Но, помнится, и в натуре они не зелены.
4-го, (с письмами?), не видел. Однако, если Н. Струве пометился, то только в 4, имхо этот том на полках Вашей памяти и находится.
Если Вы не заблубеждены вообще. Неразличение и цветов тоже.

4? чему враждебна Ваша память?

У меня первый том этого издания Струве, именно тот том, сейчас в руках, совершенно случайно. Темная синевато-серо-зеленая обложка. Вы со мной тоже сейчас будете спорить, что такого издания Мандельштама нет?

Не верю. Сообщите выходные данные.
Выложите изображение обложки. Как иллюстрацию к тексту, кстати, "вся комната напоена истомом".

Четвертый том ночевал на тех простынях, fractal zooom.
Если появился он в 1981,
значит у владельца в 82-84.
Трехтомник стоил совсем не гривенники,
4 же - огромные деньги, не думаю,
что их больше десяти было в Союзе.

Я не спорю, глубокоуважаемый Константин.
Тем более о том, что такое "нет" по отношению к посмертным изданиям Мандельштама:) Тем более с персонажами не спорят:(
Я утверждаю особую значимость того,
что в тексте: "и тёмно-зелёным ТОМом". Поясню - если птица долбит клювом в окошко, то важно ее опознать,
или то попугай крикливой соседки,
или "слепая ласточка".
То есть спорю с тем контекстом, который восстанавливает оммаж. Советское время. И потом с Мандельштамом ничего
случайного не бывает. Проверено. Иначе безумный петел.
Я мог бы "выложить" Вам выходные данные четырехтомника, согласно Вашему приказанию, но, пожалуй, не не буду. Лично мне безразлично, что Вы думаете по поводу аутентичности истории, рассказанной krylov'ым. Вы ведь спорщик, а я в общении со спорщиками нахожу мало по-настоящему пленительного...

Cтpашно захохотала пионеpвожатая Аллочка. (c)Коcтёp

Cпаcибо, Константин.
Хорошо знать, что где-то в дэлайне
моего бессознательного
обитает маленькая, но вполне живая Аллочка.
Которая спорит и приказывает. Пpивет ей.

Аутентичность же вообще и этой истории в частности
в оpганизме Вашем хpанятcя. Жиpовое депо и гликоген в печени.
То есть чтобы оспаривать это, надо быть каннибалом.
Но не жир не отсасываю, зане - yказание, как бы невзначай, в текcте, заглавие которого "АТМОСФЕРНОЕ" на конкретные книжки -весьма мощный пpием. И мнемонический тоже. Применять его надо аккуpатно.

И, пожалуйста, Константин,
сообщите наконец, выходные данные "тёмно-зелёного ТОМа, заложенного серебристым гривенником". Не четырехтомника то есть. И какого года - атмосфера. Для понимания.