Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

Category:
  • Mood:
  • Music:

pro et contra, или "с кем вы, мастера культуры"

Отчасти к этому, но и не только.

Похоже, условием осмысленного восприятия сколько-нибудь литературного текста "про людей" является отождествление себя (пусть временное, условное, с оговорками) с одним из описываемых персонажей. Иначе - "скучно и неинтересно". Всегда есть "главный герой". Он, конечно, не "я", но я "болею за него". Соответственно, есть и противостоящая ему сторона - "враги". Они не мои враги, но я "болею против них". Если этого отождествления не происходит, читать становится "решительно невозможно". "Великий Апидохотеп убил Сепидохотепа и стал царём в Пидохотепе. Могыдохотеп убил Апидохотепа и стал царём в Пидохотепе." Такое читать решительно невозможно.

И обратно - если "читать возможно", значит, читатель таки нашёл, "за кого" он.

Посему никакая "позиция над схваткой" немыслима по дефиниции. Мыслима, правда, позиция "третьей стороны". Например, описание белым человеком битвы двух диких племён. Но позиция здесь всё-таки есть - брезгливое гнушание "дикостью", или, наоборот, восторг перед "первобытным естественными миром". Но это именно позиция, а не отсутствие таковой. Просто "сторонами" здесь являются не два племени, а "белые" (как целое, пусть и представленные одиноким путешественником), и "дикари" (тоже как целое).

В таком случае - вопрос. За кого будет болеть, например, читатель текстов mozgovaya?

Я не про тенденциозность, не про качество текстов. С этим, вне всяких сомнений, всё в порядке. Я про одно: с кем именно себя отождествляет читатель?

Понятно, что поле возможных ответов шире стандартного "с одной из двух сторон в конфликте". Повторяю, можно ведь смотреть на это и глазами "третьей стороны". Но, в таком случае, что это за сторона?

"Вопрос, однако".

)(
Хм. За/против кого можно болеть в «Мертвых душах»? В прозе Лиготти? Или хотя бы в «Господине Гексогене» (господи, прости)?
В "Мёртвых Душах" - сложная конструкция, повторенная в остап-бендеровской дилогии: симпатизируем Чичикову, сочувствуем его временным успехам, понимая в то же время всю его ничтожность и историческую обречённость :) Прямо противоположный вариант - сочувствие "маленькому неумелому человечку", социально дезадаптированному, но "с душой" (мейнстрим русской литературы).

Лиготти сейчас посмотрю. А с Гексогеном-то чего непонятного? Против Мирового Жыда, за Великую Нещастную Россию.
Вернемся к журналистике. В принципе, сейчас это уже куда менее модно - но вспомните начало 90-ых. "Крутым" был эдакий постмодернистский дискурс (тьфу! извините!), сводившийся к лозунгу "все хороши".

Я имею в виду не вариации a-la "МК", а _раннего_ коммерсантовского Максима Соколова (разумеется, с определенной поправкой на антикоммунизм). И вообще - ранний Коммерсантъ.
Тут, кстати, всё понятно. Читателю предлагалось отождествить себя с автором текста, и, шире, с журналистским сообществом вообще.
Потому что позиция была на самом деле простейшая - "все в говне, а я д'Артаньян".
И протянутый читателю мизинец - "врубись, как они там корячатся".
Согласен. Но эдакий постмодернизм+дартаньянство, пожалуй, все же не полностью вписывается в Вашу схему в части гнушания "дикими" (благодарю, кстати, покорно за терминологию :).
Почему же, вполне соответствует. "Белый" (точнее, сам себя назначивший белым) журналист, покачиваясь на высоких каблуках, пускает дым в лицо российской реальности, время от времени чертыхаясь, когда на его светлый плащ попадают какие-нибудь брызги. И - дикая, чёрная, звериная ненависть в случае некомфорта и неприятностей. Типа - "Застрял тут в Мухосранске, в гостинице тараканы, грязь, жопа... я к начальству местному, чтоб уладили вопрос, они ж должны на цырлах передо мной, я бля журналист московский прикинутый, на мне одни очки солнцезащитные 500 баксей стоят, они таких денег и не видели, бля, совки, слизь подзалупная нах, а там бля сидит такая морда, бля, ненавижу, и со мной, бля, невежливо обращается. Типа он тут бааарин. Ну бля ладно же. Я ж бля про него в Московский Комсомолец бля залуплю он бля сдохнет. Ссссука нах."
Вы весьма тонко произвели некоторую подмену понятий, положив в одну кучу жлобский постмодернизм МК-подобных и постмодернистскую иронию раннего Коммерсанта, когда из заголовка, к примеру, "В Новосибирске отравились мочой. Как выяснилось, неправильно закусывали" вовсе не делался вывод, что отравленные - мудаки и пидары, достойные только презрения и ненависти. (фух, уже лет несколько не писал таких длинных предложений)

И обратите внимание: когда постмодернистский дискурс отцвел, МК-шники/Новогазетчики и впрямь превратились известно во что. Старые же коммерсантовцы (я, разумеется, говорю шире - не только об "Ъ") выглядят много достойнее; тот же Соколов эволюционировал во вполне себе Патриота, а в последний мясяц - даже и в Фашыста.
Это я, скорее, оБшибся, а не "передёрнул".

То есть, согласен - МК-поц и Ком-поц суть вещи несколько разные.

Хотя исходный ответ верен: в любом случае читатель симпатизирует журналисту. Только в случае с мочой предлагается восхититься "красным словцом" - а также и (и это входит в программу) тем фактом, что "мать-отца не пожалел" (своих ли, чужих ли). "Эк лихо".
Помилуйте, какое "передернул" - я и словов-то таких не знаю! :)

По существу - оспаривать при _такой _ постановке не буду. Просто, условно говоря, хочу акцентировать разницу между обезьяной, смотрящей как дерутся самизнаетекто, и ироничным наблюдателем-записатором типа Довлатова. Последний, заметьте, хоть и приглашает читателя именно на "свою" позицию, да, но при этом вовсе не демонстрирует своего превосходства над описываемыми: просто приглашает посмотреть на все происходящее именно вот с этого симпатичного холмика.
да ни за кого, пожалуй
Вы сами как ответите на свой вопрос?
Вот пока не сформулировал...
Автор - на то и Автор, IMHO, чтобы так выписать своих персонажей, что читатель "пропереживает" в той или иной мере за каждого из них - по крайней мере, в текстах, претендующих на мал-мальскую психологическую глубину (для иных текстов - развлекательных, беллетристических, отвлеченно-поэтических и т.п. как раз характерно "боление за одну сторону"; для описательных, повествовательных - "отсутствие позиции"). За каждого - значит, в каждом из них должен быть Автор, той или иной стороной своей многогранной личности. Сделать так, буквально вынудить читателя пройти все глубины (вершины, низменности, плоскости,...) своих героев, потрясти т.о. читателя эмоционально, погрузить его в личные и межличностные их [героев] проблемы, и побудить этим потрясением читателя к самостоятельному размышлению, "суду", "выбору, за кого болеть" - в том и есть настоящий психолого-писательский Гений...

...IMHO.
(теоретизирую, проблематика mozgovaya мне безразлична, тот самый случай пидхотепа[*].)
- сторона, враждебная обоим протагонистам?
- сторона, правящая обоими протагонистами?
- продукт скрещивания, напр. полукровки в национальных конфликтах не обязательно идентифицируют себя с одной из сторон.
- да мало ли...


------
[*] ...And spotteth twice they the camels before the third hour, and so, the Midianites went forth to Ram Gilead in Kadesh Bilgemath, by Shor Ethra Regalion, to the house of Gash-Bil-Bethuel-Bazda, he who brought the butter dish to Balshazar and the tent peg to the house of Rashomon, and there slew they the goats, yea, and placed they the bits in little pots. Here endeth the lesson.
Всегда я рад заметить разность между Онегиным и мной...
Так это разнесение "автора и героя", а не "читателя и героя".

Anonymous

November 24 2002, 17:23:39 UTC 16 years ago

представления/интересы/процессы взаимозависят, выбор сложен

Anonymous

November 24 2002, 23:16:51 UTC 16 years ago

**********
Всегда есть "главный герой". Он, конечно, не "я", но я "болею за него".
**********
В этой связи хочу задать вопрос, давно меня интересующий:
как объяснить популярность блатной "лирики" у людей отродясь не сидевших и к уголовному миру отношения не имевших?
К этому:

К. Крылов. Высоцкий и урла

http://www.traditio.ru:8101/krylov/vysotsky.htm

Обсуждение текста Крылова на форуме С. Г. Кара-Мурзы:

http://web.referent.ru/nvz/forum/archive/59/59869.htm

С. Г. Кара-Мурза
http://situation-rus.narod.ru/books/sc_b/sc_b114.htm

"...А ведь антисоветская элита оказалась не только в “духовном родстве” с грабителями. Порой инженеры человеческих душ выпивали и закусывали на ворованные, а то и окровавленные деньги. И даже сегодня они говорят о них не только без угрызений совести, но с удовлетворением. Вот писатель Артур Макаров вспоминает в книге о Высоцком: “К нам, на Каретный, приходили разные люди. Бывали и из “отсидки”... Они тоже почитали за честь сидеть с нами за одним столом. Ну, например, Яша Ястреб! Никогда не забуду... Я иду в институт (я тогда учился в Литературном), иду со своей женой. Встречаем Яшу. Он говорит: “Пойдем в шашлычную, посидим”. Я замялся, а он понял, что у меня нет денег... “А-а, ерунда!” - и вот так задирает рукав пиджака. А у него от запястья до локтей на обеих руках часы!.. Так что не просто “блатные веянья”, а мы жили в этом времени. Практически все владели жаргоном - “ботали по фене”, многие тогда даже одевались под блатных”. Тут же гордится Артур Сергеевич: “Меня исключали с первого курса Литературного за “антисоветскую деятельность” вместе с Бэллой Ахмадулиной”.
Еще предстоит исследовать процесс самоорганизации особого, небывалого союза: уголовного мира, власти (номенклатуры) и либеральной части интеллигенции..."

Здесь же рассуждения В. А. Гаврилина из сборника дневниковых записей "О музыке и не только"

http://web.referent.ru/nvz/forum/archive/27/27390.htm

"...Уголовное пение - от воровства (популярность оттого, что каждый в глубине души ощущает себя уголовником, в т. ч. и многие из тех, кто носит название "интеллигенции").
***
Высоцкий, Пугачева и Ко - несколько уголовная манера пения, и оттого она (манера эта) так популярна, что у нас огромная часть
населения в большей или меньшей мере пассивные, потенциальные или активные воры, и каждый из них в глубине души ощущает себя
уголовником, и ему мила и одобрительна ЭТА БЛАТНЯЧЬЯ красота - расхлыстанность, грубая чувственность, дешевенькая романтика и
суперменство...."
Спасибо за интересные ссылки, но, полагаю, не слишком светлая личность Владимира Семеныча и недостаточная нравственность "инженеров человеческих душ" не суть причина явления. Спрошу немного иначе: правда ли, что "каждый в глубине души ощущает себя уголовником", что "у нас огромная часть населения в большей или меньшей мере пассивные, потенциальные или активные воры", и если да, то в чем причина?
У меня лично нет тяги к песенкам про урок и вертухаев.

Тут интересно провести параллель между тягой дореволюционных людей к песням типа "По диким степям Забайкалья" или других "разбойничьих" -
и вот к "блатноте" уже в советское время.
Одноплановые ли это являения - или нет?


Что распевали, скажем, гусары в своем кругу - те, кто не был "одухотворен" Пушкиным, Денисом Давыдовым и пр.?

Если же после революции на первый план пришла "чернь", то были ли среди нее популярны "уголовные" песенки?

Сложно все, короче.

О текстах mozgovaya. Вполне реально (и, imho, нормально) смотреть глазами первой стороны, с сожалением относясь ко второй (при этом с ней воюя - а куда деться, когда кусаются?). Кстати, обратите внимание на традиционную аккуратность ответных действий цахала. А вот третья сторона - это не которая "над конфликтом", а которая, "разводя" вторую, всякого рода капиталы заколачивает и вообще иначе жизни себе не представляет. Вот вам и враги. А ещё четвёртая сторона есть, которая именно с этими супостатами, несмотря ни на что, мирные процессы старательно вытворяет, забыв, как дедушка Крылов говорил:
"С волками иначе не делать мировой,
Не снявши шкуры с них долой"

Вот так вот "всё сложно" оказывается. А может, и не очень сложно...
Костя, всегда ты меня ругал за фразы типа "Все не так просто" или "Все сложнее", но тут, кажется, сам переусложняешь.

> Но, в таком случае, что это за сторона?

Эта сторона и есть Мировой Жыд. А "над схваткой" в наташиных текстах и не ночевало. Просто так совпало, что в данном случаю Мировому Жыду выгоднее поддержать арабов. А если понадобится их загнобить, то --- (© Крылов).
Chitatel'skoe vospriyatie - shtuka sub'jektivnaya, i vse voobshe zavisit ot chitatelya.
Mozhet imet' mesto, naprimer, otstranenie ot teksta - kogda chitatel' po tem ili inym prichinam
vidit v nem ne informaciyu, a informaciyu, zavedomo iskazhennuyu podayush'ei storonoi
(k primeru, imeet dostup k real'nym svedeniyam. kasayushimsya tragedii s zalozhnikami)
Tak zhe my stali by chitat' teksty kakogo-nibud' Trediakovskogo, ne v obidu emu budet skazano. Nam ne vazhno, chto hotel donesti avtor, nam vazhno, chto teksty poluchilis' zavedomo neadekvatnye, stalo byt', ochen' smeshnye. Esli chitatel ne obladaet onymi dopolnitel'nymi svedeniyami, no vse zhe prenenduet na obladanie- k pimeru, iz nekoj "nezavisimoj pressy", to tozhe voznikaet otstranenie. Chitatel vosprinimaet napisannoe kak propagandu i, stalo byt', ne sochuvstvuet v ee tekste nikomu (razdelenie prokhodit ne mezhdu personazhami avtora, a mezhdu pravdoj i lozh'yu, to est' mezhdu samim chitatelem i nazadachlivym avtorom)

Nakonets. vozmozho individual'noe chitatel'skoe sochuvstvie personazhu, kotoryi v hudozhestvennom prostranstve avtora markirovan otritsatel'no - Babe Yage kakoj-nibud'
ili shpionu, pribyvshemu iz nekogo nedruzhestvennogo gosudarstava, kapitalisticheskoj strany. V pintsipe, reabilitatsiya Oblomova, Manilova, nepriyatie Shtoltsa, zachmorivanie Pavlika Morozova, est' "proyavlenie vsyo toj zhe samoj tendentsii".

Takim obrazom, chitatel'skoe vospriyatie, v obshem, ne programmiruetsya, vo vsyakom sluchae, esli my govorim o tom, komu predlagaet posochuvstvovat' avtor, to prodolzhat'
o tom, komu posochuvstvuet taki chitatel', zaranee nevozmozhno.

V-V.