philtrius (philtrius) wrote,
philtrius
philtrius

Меня занимаетъ такой вопросъ — почему послѣ окончанiя Пелопоннесской войны Лисандръ и спартанцы поступили съ аѳинянами такъ мягко?
Tags: graecia, pensieri
Нас учили, что их интересовала прежде всего ликвидация афинского морского союза.

А что, надо было, чтоб они срыли город, продали Сократа, Платона, Еврипида и Аристофана в рабство и т.д. :)
Всѣхъ этихъ лицъ въ рабство продавать безсмысленно и несправедливо, поскольку они относились къ лаконофильской партiи. Но срыть стѣны, распродать и перебить основную массу населенiя, короче говоря, повторить Мелосъ имъ бы слѣдовало.
Прошу прощенiя — за исключенiемъ Еврипида.
Геноцид тогда толком еще не придумали. Следовательно, побежденных надо было как-то кормить. Ну, или дать им прокормиться самим, забрав то, ради чего велась война - гегемонию в Греции.
А распродать?
Вы представляете, сколько это получилось бы спартанскими-то деньгами? 200 тыс телег одних денег - спартанцам их и девать-то некуда было :)
Несерьезно. Распродать могли и за свободно конвертируемую валюту. А деньги внести въ казну.
Но ихъ мягкость меня и на самомъ дѣлѣ удивляетъ.
Ну, если сравнить с тем, что сделал Александр по взятии Коринфа, то, конечно, спартанцы были весьма снисходительны.
Они были снисходительны сравнительно съ мелосской акцiей самихъ Аѳинъ (а она взывала о мести) и съ потребностями гегемонiи.
Потому что Афины оставались в подсознании пан-Греции как некий культурный центр, который нельзя было изничтожить. Сломить гегемонию - да, но не более.

Плюс, не надо забывать, что важнейшим фактором на излете Пелопонесской войны была позиция Персии. А последняя вовсе не хотела, чтобы в Греции возник один-единственный центр силы.
Персiя была богатымъ безсилiемъ. Она давала деньги на войну слабѣйшему, это да, но воспрепятствовать Лисандру не смогла бы. Ея военная мощь, и такъ не чрезмѣрная, въ ту пору не переживала разцвѣта.
Относительно культурнаго центра — очень ли это интересовало Лисандра? Да и вообще культурноцентричность Аѳинъ возникла въ нашемъ сознанiи потому, что ихъ наслѣдiе лучше сохранилось. Да храмы Акрополя и не надо было разрушать (оно же и нечестiе): достаточно оставить спартанскiй гарнизонъ.
Лаконофильскую аристократiю никто уничтожать бы не сталъ. Помѣстья въ Лаконiи и права гражданства! Но почему пощадили демократическую публику?
Персия могла попытаться организовать контр-коалицию. А фактор денег был не так уж и не важен.

Я некорректно выразился. Не только культурный, но и как бы это сказать... политический и моральный центр тоже...

Ну это все-таки был не классовый конфликт. Хотя спартанцы нередко проводили олигархическую политику. Они весь своих целей достигли: Длинные стены были срыты... Этого казалось достаточно... Правда, это было ненадолго, но все же...
Если бы спартанцы могли разсчитывать на аѳинскую олигархiю и на то, что ей удастся удержать народъ подъ свлимъ влiянiемъ, все было бы прекрасно. Но тогда не было бы и самой войны (по своей схемѣ она также безсмысленна, какъ и Первая міровая — никакiя результаты побѣды завѣдомо не сравнятся съ понесенными потерями и жертвами).
Опытъ войны показалъ: 1) аѳинскiй народъ приверженъ къ демократiи и 2) демократiя подъ влiянiемъ успѣховъ вырождается въ ничѣмъ не обуздываемую демагогiю (кажется, Штаты хотятъ сломать себѣ шею именно на этомъ). Впрочемъ, злѣйшiй врагъ Спарты — сама Спарта, и малолюдный полисъ, ради военной гегемонiи призвавшiй подъ знамена все граждански полноправное населенiе и сдѣлавшiй изъ него самое совершенное орудiе сухопутной войны безъ нормальнаго инженернаго корпуса, — конечно, ни на что реально претендовать не могъ.
Мне еще кажется, что проблема Спарты заключалась в отсутствии гибкости при навязывании своей воли другим полисам. Имело смысл действовать тоньше.

Самое ужасное, что в итоге руки нагрела Македония... Ну это моя субъективная позиция...

Anonymous

March 23 2006, 16:41:13 UTC 13 years ago

"Говорят, на собрании союзников некоторые действительно предлагали продать афинян в рабство, а фиванец Эриант посоветовал разрушить город и обратить место, на котором он стоял, в пастбище для овец. Но когда затем военачальники собрались вместе на пир и один фокеец запел первую песню хора из «Электры» Эврипида, которая начинается так:
...Агамемнона дочь,
В сельский дом твой пришли мы, Электра,

все были растроганы, все решили, что покончить со столь славным городом, давшим таких великих людей, и уничтожить его было бы делом чудовищно жестоким." Плутарх, "Лисандр"